Служба. Флот. Академия. Промышленность

4. Служба. Флот. Академия. Промышленность

Моя морская служба начиналась в годы восстановления Флота после Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г.

Начинали вступать в строй новые крейсера, эскадренные миноносцы (ЭМ), большие серии дизельных подводных лодок (ДПЛ). Начинались исследования по созданию атомной техники, атомных подводных лодок (АПЛ).

Быстро промелькнули 5 лет учёбы в «Дзержинке», а затем месячный отпуск. Побывал у Али в Уральске. Мелькнули мы с ней и в Саратове – представились родителям. Она училась на последнем курсе Уральского Медучилища на зубного врача, и до середины следующего 1952 года мы с ней расстались на полгода. Снова письма…

Прокатившись через всю бескрайнюю Россию, прибыл я на ТОФ, как мы с Алей и желали.

Получил первое назначение – командиром машинно-котельной группы ЭМ «Вспыльчивый» проекта 30-бис, вступившего в строй два года назад.

Жизнь сложилась так, что до 1954 года мы с Алей базировались на Владивосток, с 1954 по 1958 г.г. – на Советскую Гавань. Потом 3 года – в Ленинграде – Академия  и, наконец, 28 лет службы в Горьком (Нижнем Новгороде). Потом с 1989 по 1999 г.г. работа в Политехническом институте и далее – жизнь пенсионера.

Первое время на корабле было очень тяжело. Почти, как на первом курсе училища. На плечи «свалились» около 90 человек матросов и старшин и машинно-котельная установка в 60000 л.с. Но освоился. Через два года стал старшим инженер-механиком ЭМ (командиром БЧ-5), а ещё через три года – флагманским инженер-механиком бригады в десять эскадренных миноносцев 174-й бригады 15-й дивизии крейсеров эскадры ТОФ. Было мне 27 лет. Одолел.

За 7 лет службы на ТОФ два раза ездили с Алей в отпуск в Саратов. Особенно запоминающимся был отпуск в 1956 году (смотри материал «Наша Аля»).

На Дальнем Востоке родились наши с Алей милые дети:

Мила – 4 ноября 1953 года во Владивостоке,

Миша – 7 июня 1958 года в Советской Гавани.

Всякое бывало в период корабельной службы. Бывала и радость, и отчаяние, и веселье, и тоска. Лопались трубки котлов, которые приходилось глушить в раскалённых коллекторах; случалось засоление котельной воды в запасных цистернах; «ползала» рулевая машина, не державшая заданного курса и многое другое. Были и бессонные ночи, и гнев начальства.

Однажды, ещё на «Вспыльчивом», мне в 4-е котельное отделение даже торпедой «заехали» из собственного торпедного аппарата. Вот страху натерпелись в котельном отделении, когда торпеда стала продуваться!… Хорошо, что она была учебной.

Бывали иногда и неприятные, несправедливые, мелочные придирки некоторых начальников.

Много бывало всякого, но главное, что в целом это была большая и суровая школа жизни.

Много за эти годы встретилось хороших людей. Это один из командиров «Вспыльчивого» — А.Кривоносов. Это офицеры: штурман В.Балабанов, электрик Б.Конторович, торпедист В.Лоза, артиллерист Н.Черкасов. Это старшины подразделений БЧ-5: Д.Ножков, И.Макаренко, Н.Вагин, А.Боровиков, С.Маслов и многие другие лица, фамилии которых стёрло из памяти неумолимое время.

Я счастлив тем, что за 7 лет корабельной службы в подчинённых мне подразделениях не было серьёзных травм и потерь личного состава – все мои матросы и старшины после службы возвратились домой к своим мамам целыми и невредимыми.

Потом у меня была Академия кораблестроения. Потянуло в науку.

Сверх учебного плана на третьем курсе даже сдал кандидатский минимум, собираясь писать диссертацию. Экзаменов было три: иняз, философия и специальность. Особенно вымотал душу иняз. Принимала его зав.кафедрой – сама. Была эта бабушка воспитанницей ещё Смольного института и считала, что экзамены надо сдавать только на «5». Вот и гоняла нашего брата. В третьего захода получил «5». Звали мы эту бабушку – «Тигра Львовна». Получил интересную тему дипломной работы, которая была заказана Опытно-Конструкторским бюро (ОКБ) Ленинградского Кировского завода. Тема называлась «Исследование условий сепарации пара в ядерных реакторах кипящего типа». Работа удалась. Защитился успешно. Начал доработку темы до диссертационного содержания. Но, оказалось, чтобы заниматься наукой, надо иметь постоянную квартиру и постоянную прописку в Ленинграде. У нас же с Алей не было ни того, ни другого не только в Ленинграде, но и вообще нигде. Приехали из Москвы кадровики распределять нас по местам службы. Спросили моё желание. Я ответил, что согласен ехать в любое место, где можно быстро получить квартиру. А с наукой – расстался. Диссертацию – по боку. Займёмся практической работой. Это тоже нужно.

Получил второй диплом. На этот раз инженер-механика высшей квалификации «по корабельным атомным энергетическим установкам».

Приказом Министра Обороны – назначили в г.Горький представителем Военно-Морского флота (ВМФ) на завод «Красное Сормово».

Ещё два года мы с Алей и детьми промучились на частной квартире.

Только в 1963 году въехали мы в свою трёхкомнатную квартиру – Милочка пошла уже в третий класс, а Мише шёл шестой год.

Через некоторое время Аля начала работать. На этот раз без перерыва до самой пенсии.

Назначение в Горький меня и двух моих однокашников по Академии: Варваркина С.Н. и Евсикова В.И. было осуществлено в расчёте на проектирование и строительство атомных подводных лодок в Горьком. Если приехавшие со мной два товарища по опыту службы были подводниками, то я попал в совершенно новую для себя обстановку.

До назначения в Горький всё моё практическое знакомство с подводными лодками заключалось в экскурсии на «Малютку», которую со мной, в бытность мою флагманским инженер-механиком бригады ЭМ в Советской Гавани, по-приятельски провёл мой коллега – флагманский инженер-механик бригады дизельных подводных лодок Б.А.Лиф. Он пригласил меня однажды на вывеску и пробное погружение одной из своих ДПЛ и продемонстрировал мне учения по борьбе с пожаром и по борьбе с водой на этой ДПЛ. Я, в свою очередь, как-то пригласил его на выход в море одного из ЭМ нашей бригады на торпедные стрельбы и тоже продемонстрировал ему учения по борьбе с пожаром и с водой на этом ЭМ.

После приезда в Горький в 1961 году первое время ушло на изучение основных руководящих документов по совершенно новому для меня виду служебной деятельности, ознакомление в общих чертах с особенностями подводных лодок и их общесудовых систем.

Достал учебник «Теория подводных лодок», проштудировал особенности их остойчивости, плавучести и непотопляемости.

Начал проводить несложные проверки и испытания по механической части и общесудовым системам на двух готовящихся к отправке на сдаточную базу ДПЛ пр.633, которые тогда строил завод.

В конце сентября провёл вместе с нашим электриком Н.И.Мухиным отчётную зарядку аккумуляторной батареи на одной из этих ДПЛ от своих дизелей. Испытание прошло успешно. Сильное впечатление на меня произвела красивая работа слесарей сдаточной команды под руководством бригадира П.Сиротина.

Впоследствии с этой бригадой мне довелось испытывать многие АПЛ. Это были ассы своего дела.

Надо прямо сказать, что, в начальный период своей деятельности на заводе, я частенько «тыкался», как слепой котёнок, может быть и в простые, но незнакомые мне вопросы.

Приходилось многому учиться. С благодарностью вспоминаю консультации моих коллег — подводников С.Н.Варваркина и В.И.Евсикова.

С большим интересом занимался в сентябре 1961 года около месяца отработкой и испытаниями опытной системы гидравлики для опытного спасательного управляемого подводного снаряда (УПС) – прообраза будущего большого семейства спасательных и рабочих подводных снарядов, «родившихся» в Сормове в 1970-х – 1980-х годах.

В процессе испытаний познакомился с большим количеством конструкторов и заводчан, от каждого из которых я что-то брал для себя.

При испытаниях этой системы долго не получалась резка троса гидравлическими манипуляторами УПС. Заказ был сдаточный, поэтому к нам на стенд (цех СМ-3, начальник цеха Ю.А.Анохин) часто наведывался зам.директора по производству И.Н.Юрьев («маленький» Юрьев, как его называли, в отличие от «большого» Юрьева М.А. – директора завода). Он производил очень приятное впечатление своим энергичным стилем работы. С его помощью конструкторы и производственники быстро доработали систему, и испытания были завершены.

В этот период в Центральном Конструкторском бюро (ЦКБ) «Лазурит» (тогда ещё ЦКБ-112) был закончен технический проект первой Сормовской АПЛ второго поколения проекта 670 с водо-водяными реакторами. Наши назначения после Академии провели как раз вовремя.

Главным конструктором АПЛ пр.670 был сначала В.К.Шапошников, а затем В.П.Воробьёв.

Был начат выпуск рабочих чертежей, к которому подключилась и наша тройка.

С большой теплотой вспоминаю я конструкторов, с которыми работал над выпуском рабочих чертежей: К.А.Шустикова, Н.М.Батракова, В.Д.Доронина, В.Г.Забелина, Е.Н.Кудрина, Е.А.Фомина, Ф.В.Шарова и др. Передавал конструкторам свой флотский опыт. Учился и я у конструкторов.

На заводе «Красное Сормово», строившем дизельные подводные лодки с 1930 года, началась огромная работа по подготовке к строительству атомных кораблей, в которой участвовала и наша тройка. Это были мероприятия:

по переоборудованию цехов и слипа (спусковое устройство),

по созданию новых цехов, отделов, подразделений, участков, лабораторий,

по подготовке кадров,

по освоению новых технологий.

Для обеспечения достройки после спуска, а также для обеспечения испытаний АПЛ, создавался целый вспомогательный флот:

два энергоблока,

плавмастерская,

три контрольно-дозиметрических плавсредства,

судно сбора радиоактивных вод,

два плавучих транспортных дока.

Выполнялся большой объём макетных и опытных работ.

Перестройкой производства руководили замечательные люди: директор завода М.А.Юрьев и главный инженер П.А.Черноверхский.

Непосредственное руководство этим процессом осуществляли:

главный строитель по подводным лодкам К.Н.Гордеев,

главный строитель проекта В.В.Семашко,

главный технолог проекта К.С.Старцев,

ответственный сдатчик головной АПЛ Ф.Г.Преображенский.

В этой работе участвовал и коллектив представителей ВМФ на заводе, во главе которого стояли опытные кораблестроители:

В.П.Кунаковский (1961-1963 г.г.),

Ю.Г.Ильинский (1963-1968 г.г.),

И.А.Заводский (1968-1971 г.г.).

Несколько направлений было поручено и мне:

4.1. контроль переоборудования трубомедницкого цеха (начальник цеха В.А.Кузин);

4.2. участие в опытных работах:

— по отработке нового метода центровки валопровода АПЛ по нагрузкам с заливкой монтажного зазора мортир пластмассой (цех СК-3, начальник цеха П.С.Жемчужников);

— по стендовым испытаниям резинометаллических вкладышей подшипников валопровода и его дейдвудного и переборочного сальников (цех СМ-1, начальник цеха В.М.Гершман);

4.3. контроль освоения технологии работы с титановым сплавом при изготовлении корпусов ионообменных фильтров (сварочный цех, начальник цеха Н.Е.Леонов);

4.4. выполнение обязанностей ведущего представителя ВМФ при проектировании и постройке головного энергоблока.

С большим уважением вспоминаю главного конструктора энергоблока А.Н.Каманина и ответственного сдатчика А.А.Бармина, с которыми легко решались различные технические проблемы.

Для изучения опыта строительства АПЛ мы с С.Н.Варваркиным (он был назначен ведущим представителем ВМФ на головную АПЛ проекта 670) дважды (в 1961 и 1962 г.г.) ездили на Северное Машиностроительное предприятие в Северодвинск, где:

изучали опыт наших северных коллег,

участвовали в ряде испытаний и работ,

выходили в море на стрельбу баллистическими ракетами в составе экипажа АПЛ проекта 658,

присутствовали на спуске опытной АПЛ проекта 645.

С.Н.Варваркин познакомил меня с известными ему ещё по службе на ТОФ на ДПЛ, а ныне – командирами строящихся АПЛ: В.Д.Зерцаловым, И.Р.Дубягой и А.П.Михайловским, беседы с которыми были очень полезны для меня.

На обратном пути из Северодвинска, в Москве, мы познакомились в Главном Управлении Кораблестроения с В.И.Субботиным, Е.П.Колобовым, Р.Д.Филоновичем и др., с которыми предстояло служить в дальнейшем.

В 1962-1963 г.г. я дважды ездил в Ленинград на Кировский завод, где шли испытания Главного турбозубчатого агрегата (ГТЗА) нашего головного корабля проекта 670. Поучаствовал в испытаниях, побеседовал с коллегами об особенностях этой машины.

Получив в 1963 году квартиру, мы с Алей обставили её привезённой ещё в 1961 году из Ленинграда мебелью и, воспользовавшись приездом к нам в гости Алиных родителей, укатили в Крым отдохнуть от волнений, связанных с получением жилья. Отдохнули хорошо, хоть и «дикарями».

Освоившись на новом месте и на новой квартире, мы с семьёй на летние месяцы стали уезжать в Стригино – пригород на берегу Оки в сосновом бору, где, прямо среди сосен на улице Земляничной, снимали частное жильё с глубоким погребом, электричеством и газом.

Вспоминается, как 18 августа 1966 года мы там отметили 40-летие Али. Я угощал всех взрослых «крюшоном» (по рецепту из кинофильма «Гранатовый браслет»). Во вскрытый большой холодный арбуз вместо части мякоти вливались: коньяк, ликёр и шампанское. Всё это некоторое время настаивалось, накрытое срезанной частью арбуза, смешиваясь с арбузным соком, после чего содержимое арбуза разливалось половником по бокалам. Всем понравилось.

В период строительства нашей головной АПЛ проекта 670 на подводном флоте случились крупные неприятности:

— погибла американская АПЛ «Трешер» (предположительно из-за разрыва трубопроводов заборной воды по причине некачественной сварки);

— на советской АПЛ «К-19» проекта 658 произошла радиационная авария, вызванная нарушением герметичности одного из трубопроводов первого контура главной атомной энергетической установки (ГЭУ).[18] Погибли люди.

По обоим этим случаям мы у себя осмотрелись. Была внедрена система мероприятий, повышающих надёжность и трубопроводов заборной воды, и трубопроводов ГЭУ на нашем проекте АПЛ.

По мере приближения к завершению строительства головной АПЛ объём работы у нас постоянно нарастал.

В августе 1966 года головная АПЛ пр.670 была спущена на воду. Закончились основные монтажные работы.

Начался длительный цикл швартовных испытаний, включая работу ГТЗА на винт  от постороннего источника пара (с энергоблока).

Параллельно велось строительство последующих АПЛ этого проекта. К этому времени были заложены ещё две АПЛ, а для последующих – велась обработка металла и сварка секций.

В 1967 году провели физпуск реактора, вывод его на мощность. Провели комплексные испытания ГЭУ, после чего АПЛ была отправлена в доке на Северную сдаточную базу в г.Северодвинск, где начались ходовые испытания, проходившие в Белом море.

В это время на АПЛ пр.627 «К-3» произошла крупная неприятность из-за возгорания масла системы гидравлики, прорвавшегося через разуплотнившиеся соединения трубопроводов и горевшего, как форсуночные факелы. Снова погибли люди.[19]

Снова мы осмотрелись у себя и внедрили дополнительные мероприятия по повышению надёжности системы гидравлики.

Со временем была создана недорогая негорючая жидкость для системы гидравлики, на которую перешли все подводные лодки страны.

Закончились заводские и государственные ходовые испытания нашей головной АПЛ «К-43» проекта 670. Прошли они в целом успешно, если не считать двух неприятностей, произошедших на испытаниях в море:

— засоление шихты ионообменных фильтров второго контура ГЭУ. Шихту заменили, не заходя на базу;

— разгерметизация бортового разъёма электропитания с берега, приведшая к попаданию забортной воды в четвёртый отсек и на главный распределительный щит (ГРЩ) и короткому замыканию на нём, срабатыванию аварийной защиты реактора, потере хода и обесточиванию всей АПЛ. Обстоятельства осложнялись тем, что произошло это на предельной глубине в процессе глубоководного погружения. Чёткие и грамотные команды руководителя испытаний вице-адмирала Сорокина А.И. и самоотверженные действия расчёта четвёртого отсека и пульта управления ГЭУ позволили предотвратить дальнейшее отрицательное развитие событий и через 10-12 минут выйти в турбогенераторный режим, а затем дать ход АПЛ. Через 20-25 минут после возникновения аварийной ситуации АПЛ всплыла в надводное положение, полностью выполнив программу глубоководного погружения.

6 ноября 1967 года наша первая АПЛ второго поколения «К-43» проекта 670 зав.№701 была принята в состав Северного Флота (первый командир – В.В.Савицкий, первый командир БЧ-5 – Л.Б.Никитин).

Проведя на этой АПЛ весь технологический цикл монтажей, швартовных и ходовых испытаний, я, естественно, стал что-то соображать по подводному делу.

АПЛ «К-43» впоследствии успешно выполняла задачи боевой службы и боевой подготовки. В конце 1970-х годов прошла средний ремонт на родном заводе. Подо льдами Арктики АПЛ перешла с Северного на Тихоокеанский флот. Там тоже выполняла задачи боевой службы и боевой подготовки.

В конце 1980-х годов, пройдя соответствующую подготовку, была передана в аренду Индийскому ВМФ на три года (1988-1991 г.г.).

В начале 1992 года «К-43» (в Индийском флоте она носила наименование «CHAKRA», тактический номер – «S-71») была вновь зачислена в состав ВМФ (уже – России, а не СССР).

В стране шли реформы. В июне 1992 года «К-43» была исключена из состава ВМФ и передана на утилизацию, проплавав 25 лет под флагами СССР, Индии и России.

Я так подробно пишу об этом корабле потому, что, по сути дела, на нём прошёл трудную школу подводного плавания и получил подводное крещение.

Далее началась обычная рутинная работа.

В 1970 году, сдав положенные зачёты и экзамены и поработав ещё на пяти АПЛ, получил право на ношение нагрудного знака «Командир подводной лодки». Это было крупное событие в моей жизни и работе. Вроде третьего диплома.

С 1971 года значительно возрос объём моей работы. Возникла необходимость ещё чаще летать и ездить по командировкам. Наездился и налетался на всю оставшуюся жизнь. Аля только успевала собирать мне бельишко в дорогу.

В том же 1971 году дочка Милочка окончила школу и поступила в Горьковский Политехнический институт на факультет радиоэлектроники и кибернетики.

В 1976 году она его закончила и начала работать по распределению в НИИ технологии и организации производства программистом.

В этом же 1976 году сын Миша начал учиться в Горьковском Институте инженеров водного транспорта.

В 1981 году он его закончил и по распределению начал работать на заводе «Красное Сормово» мастером в судокорпусном цехе.

С ноября 1981 года по май 1983 года он отслужил в армии. Служил в Подмосковье, так что мы его изредка навещали. Я поводил его по Москве. Побывали во МХАТ, в Кремлёвском Дворце съездов, в театре Советской Армии, в музеях, на ВДНХ.

Отслужив в армии, Миша продолжил работу мастером на том же заводе, откуда его мобилизовали.

Мы с Алей поменяли квартиру на центр города. Поэтому Аля перешла из Медсанчасти Автозавода на работу в 51-ю поликлинику Канавинского района.

Наша новая квартира была неудачной, и мы с Алей шесть лет искали новые варианты, пока не получилось всё с нашей современной квартирой.

В 51-й поликлинике Аля проработала более 22 лет, вплоть до ухода на пенсию.

В 1983 году Миша женился на Наташе Вахрамовой. В 1984 году в их семье родилась дочка – Лена.

Как молодой специалист, в конце 1985 года Миша получил 2-х комнатную квартиру, прожив с семьёй до этого 1,5 года в заводском общежитии. Хорошо, что успел получить жильё до начала реформ, когда квартира стала стоить миллионы, которых у нас не было и в помине.

Когда выросли дети, мы с Алей стали ездить в период отпусков в санатории. В 1970-х – 1980-х годах мы почти ежегодно бывали в хороших санаториях г.г.Сочи, Кисловодска, Ялты и Риги.

По одному разу удалось по путёвкам свозить и детей (смотри материал «Наша Аля» http://mother.efimovms.ru/).

В 1987 году я собрался было уходить в отставку, а, вместо этого, мне опять добавили объём работы, назначив Уполномоченным Главного Управления кораблестроения ВМФ в г.Горьком. Выдержал и это. Основным местом работы всё равно оставался завод «Красное Сормово».

С глубоким уважением вспоминаю работников предприятий, с которыми приходилось трудиться.

Это руководители предприятий: Алексеев Р.Е., Африкантов И.И., Бревнов Г.С., Волков С.П., Воробьёв В.П., Евстифеев В.А., Жарков Н.С., Забегалов Б.В., Иконников В.В., Кваша Н.И., Леонов Н.Е., Лепилов Н.И., Максименко В.Д., Митенков Ф.М., Пашин В.М., Спасский И.Д., Ульянычев Ю.А., Щербань Г.И., Чернышёв Г.Н., Юрьев М.А. и др.

Это инженерно-технические работники предприятий: Бабаев В.В., Васягин В.Н., Генералов А.Г., Голубев В.А., Гордеев А.А., Гулецкий В.С., Дерибин З.А., Жемчужников П.С., Жуков О.П., Иванов И.В., Кормилицын Ю.Н., Кузин В.А., Леонтьев Б.А., Лернер М.И., Меньшиков Ю.К., Молотов С.В., Овчинников М.Н., Пермяков В.С., Постнов А.А., Панов Ю.К., Преображенский Ф.Г., Семашко В.В., Смирнов Н.М., Смолин Д.И., Старцев К.С., Шапошников В.К. и др.

Непосредственно со мной в г.г.Горьком, Ярославле, Рыбинске, Зеленодольске, Гороховце, Бору и Сосновке (Кировской области) работал большой отряд военных моряков, подчинённых Уполномоченному Главного Управления кораблестроения ВМФ в г.Горьком.

В основном это были опытные офицеры-моряки, прошедшие большую школу службы на флотах.

Назову некоторых из них. Это Бригида И.Е., Василенко Ю.И., Галкин В.К., Головачёв В.М., Евсиков В.И., Елизаров В.И., Иванов А.А., Иванов В.И., Лемахин В.И., Лобырев Е.М., Лукьянов В.И., Маршев В.И., Мордвинов Г.Н., Минаев В.М., Осинин Л.М., Оголев Н.В., Сидоренко Д.П., Соловьёв В.А., Сухих Ю.В., Хренов А.И., Чебан В.В. и др. Спасибо им всем за работу и дружбу.

Занимаясь большими объёмами чисто технической и испытательской работы, мы проводили экономический анализ работы предприятий, занимались ценообразованием, вопросами оплаты выполненных работ, формированием накладных расходов и другими вопросами экономической работы, добиваясь снижения цен на продукцию, поставляемую для ВМФ.

За период с 1961 по 1989 г.г. через наши руки прошло:

— несколько десятков подводных лодок (в том числе – 25 атомных), более 20 глубоководных спасательных и рабочих аппаратов (СПС и АРС), много изделий судового машиностроения для всех подводных лодок страны;

— испытаны с положительными результатами переоборудованные подводные лодки с новыми видами энергетических установок: одноконтурной атомной с кипящим реактором и с электрохимическими генераторами. К  сожалению, обе эти темы из-за начавшихся реформ развития пока не получили, и обе подводные лодки, на которых эти новые виды энергоустановок были испытаны, переданы на утилизацию; [20]

— несколько кораблей-экранопланов со скоростью около 200 узлов (1 узел = 1 миля/час = 1,852 км/час); [21]

— атомные энергетические установки подводных лодок 1-го, 2-го и 3-го поколений и унифицированные атомные энергетические установки для тяжёлых ракетных крейсеров и тяжёлого авианесущего крейсера — мощностью 70 мвт и выше; [22]

— малые противолодочные корабли; ракетные катера на воздушной подушке и подводных крыльях; суда контроля физических полей; транспорта-ракетовозы и другие боевые корабли, катера, вспомогательные суда и плавсредства. [23]

В те годы Флот интенсивно строился.

В этой напряжённой работе бывали радостные моменты: спуск на воду нового корабля, передача его Флоту и др.

Приятно было, когда получил звание Лауреата Государственной премии СССР, два ордена Красной звезды и ряд медалей, в том числе «За боевые заслуги» и «За  укрепление боевого содружества».

По праву половину этих наград следует адресовать моей дорогой супруге – Але.

Аля была надёжной помощницей во всех моих делах. Как и я – в её.

Всё это – положительные эмоции.

Однако были и серьёзные неприятности.

Так, например, 18 января 1970 года на строящейся АПЛ проекта 670 «К-320» зав.№712 при гидравлическом испытании первого контура паропроизводительной установки (ППУ) произошёл несанкционированный запуск реактора с резким возрастанием давления в нём и выбросом радиоактивной паро-водяной смеси. Произошло радиоактивное заражение реакторного отсека АПЛ зав №712, наружных корпусов АПЛ зав.№711 и 712, стапеля и ряда помещений цеха.

Бригада, проводившая гидравлические испытания получила значительное радиационное облучение.

Ликвидация последствий этой аварии заняла около шести месяцев. [24]

В 1989 году я, наконец, вышел в отставку.

За время работы в промышленности довелось встречаться со многими известными людьми.

Это и крупные государственные деятели: Президент Академии Наук СССР Александров А.П.; Секретарь ЦК КПСС, а затем Министр Обороны Устинов Д.Ф.; Главнокомандующий ВМФ Горшков С.Г. и др.

Это и руководящие работники Минсудпрома: Бутома Б.Е., Белоусов И.С. (впоследствии – Зам.Председателя Совмина СССР), Коксанов И.С., Черноверхский П.А. и др.

Это и руководители органов Кораблестроения ВМФ: Буров В.Н., Котов П.Г., Барсков М.К.. Полянский В.А., Новоселов Ф.И., Рудаков В.А., Фоминых В.А., Филонович Р.Д., Субботин В.И. и др.

Это и известные подводники моего времени: Щедрин Г.И., Акулов Б.П., Будаев М.М., Голосов Р.А., Михайловский А.П., Поникаровский В.Н., Сорокин А.И., Томко Е.А., Чернов Е.Д., Шеповалов В.С. и др.

Многому научился я у известных испытателей подводных лодок – Зиновьева Н.Т. и Чиркова Н.Е.

Я горжусь этими встречами.

В целом, если посмотреть внимательно, то вся наша с Алей жизнь – это у обоих – огромный повседневный труд. Разница только в том, что мне всю жизнь приходилось «отбрыкиваться» от предлагаемой работы, а ей – в первые 12-13 лет нашей семейной жизни — надо было буквально бороться за своё право на труд. И она терпеливо и настойчиво боролась. Молодчина! Спасибо Алексею Ивановичу и Елене Захаровне. Хорошего человека они воспитали.


[18] — В.Ильин, А.Колесников. «Иллюстрированный справочник «Подводные лодки России»». М., АСТ, Астрель, 2002г., стр.185

[19] — В.Ильин, А.Колесников. «Иллюстрированный справочник «Подводные лодки России»». М., АСТ, Астрель, 2002г., стр.11

[20] — Коллектив авторов. «Красное Сормово: завод и люди». Н.Новгород, Кварц, 2006 г., стр. 314-316, 327-342, 635-636.

[21] — В.Н.Буров. «Отечественное военное кораблестроение в третьем столетии своей истории». СПб, 1995 г., Судостроение, стр.568.

[22] — там же. Стр.330-331, 463 (1 квт = 1.36 л.с.).

[23] — там же. Стр.535, 536, 551-552, 572, 578, 579.

[24] — Коллектив авторов. «Красное Сормово: завод и люди». Н.Новгород, Кварц, 2006 год, стр.417

Спасибо, что прочитали эту страничку.

Обязательно поделитесь этой статьёй с Вашими друзьями, коллегами, знакомыми в социальных сетях.

Я уверен, что она будет полезна всем.

Для её рассылки в социальных сетях — нажмите на соответствующую кнопочку — см ниже

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

13 + 11 =